Нравится мне эта сказка, но это всё же не пьеса. Есть такой прием в современном кукольном театре, когда действие происходит не за ширмой, а на столе с декорациями. Актёров при этом, разумеется, видно. Они выполняют и роль рассказчиков, и оживляют кукол прямо на глазах у зрителей. Такая детская игра в куклы, переросшая в спектакль.

На самом деле, дети к такому виду спектакля относятся вполне доброжелательно. Это взрослым кажется, что всё испорчено - актеров видно и "ручная" кукла уже как бы не такая живая. Дети же с готовностью принимают такие правила игры. Я много раз видел их реакцию в профессиональном театре, где данная форма инсценировок стала достаточно распространенной из-за легкости постановки.

Что ж, попробую. А вот текст сказки:

На высоком берегу
Лес стоит дремучий,
И века над ним бегут,
Как по небу тучи.
В том лесу дубы растут
Не одно столетье,
И вороны гнезда вьют
Лучшие на свете.
Вот однажды по весне
В лес вернулась стая
Да так рано, что и снег
В поле не растаял.
И такое тут пошло
Средь ворон веселье -
Время свататься пришло,
Звать на новоселье.
В стае той жила-была
Старая ворона,
И гнездо она свила
На верхушке клена.
Вскоре прилетел жених -
Старый мудрый ворон.
Все заладилось у них.
И довольно скоро
Появилось в их гнезде
Шесть яичек пестрых:
Пять из них на зависть всем,
А одно с наперсток.
"Посмотри-ка на него, -
Каркают подружки. -
Нет таких ни у кого,
Это сын кукушки!"
"Нет, - ворона говорит, -
Я его не брошу,
Там, внутри, мой птенчик спит
Милый и хороший".
День сидит, и два сидит
На гнезде ворона.
Что-то ворон не летит
На верхушку клена.
Может, мужа задержал
Злой бродяга-ветер.
А соседки: "Он сбежал!
Он другую встретил!
Застыдился, что в гнезде
С гулькин нос яичко.
Говорили, быть беде.
Так-то вот, сестричка!"
А ворона им в ответ:
"Все про мужа врете!
Облетите целый свет,
Лучше не найдете!
В сотый раз вам говорю,
Что свое яичко
Всей душою я люблю,
Хоть и невеличка".
Вновь ворона стала ждать,
Вдаль смотреть тревожно.
Вдруг и впрямь стряслась беда,
Всякое возможно.
Проглядела все глаза,
Мужа ожидая.
Вот уж катится слеза,
А за ней другая.
Наконец, его искать
Полетела в чащу.
Стала кликать, стала звать:
"Где ты, мой пропащий?"
И услышала ее
Карканье сорока:
"Горе, горюшко твое,
Ворон твой далеко.
Золоченою стрелой
Он лежит убитый
Под высокою горой,
Так что не ищи ты".
Закручинилась она,
Залилась слезами:
"Как я буду жить одна?
Что же будет с нами?
Кто поможет накормить
Малых вороняток?
Как же буду я растить
Деток без отца-то?"
А тем временем в гнездо
Забралась куничка.
И, обшарив от и до,
Съела два яичка.
А потом туда залез
Белый горностайка,
Съел еще три и исчез,
Ведь летит хозяйка.
В гнездышке она нашла
Пять пустых скорлупок.
"Как же, как же я могла
Поступить так глупо?
Ведь в лесу полно куниц,
Соболей да белок.
Ой, погибли пять яиц!
Что теперь мне делать?"
Уцелело лишь одно,
Чудом не разбилось.
Между веточек оно
В щелку закатилось.
А соседки ей кричат:
"Что ж ты натворила?
Малых деток-воронят
Ни за что сгубила!
Им по небу не летать,
Червячков не кушать.
Толку нету причитать,
Лучше нас послушай.
Больно в нынешнем году
Филины лютуют.
Черный ворон на дубу
О жене горюет.
Разорил его гнездо
Ухухарь проклятый,
Ведь не справится никто
С этим супостатом.
Вместе будет легче вам
Позабыть печали.
Скоро прилетит он сам,
Мы за ним послали.
А свое яичко брось,
Чтоб не стало хуже.
А не то все вкривь и вкось
Будет с новым мужем".
"Нет, - ворона говорит, -
Я его не брошу,
Птенчик мой внутри сидит
Милый и хороший".
Вскоре ворон прилетел
И принес подарки,
В жены взять ее хотел,
Нежно в ухо каркал.
Но не стала выходить
За него ворона,
И одна осталась жить
На верхушке клена.
Солнце светит, дождь идет,
Гром вдали грохочет,
А она свое гнездо
Покидать не хочет.
У других уже ворон
Вылупились детки.
Шум и гам со всех сторон,
Хвалятся соседки:
"У меня сыночка три!
У меня две дочки!
Эй, ворона, посмотри,
Что за ангелочки!
Ну, а где же птенчик твой,
Где твой вороненок?
Он, небось, едва живой
Да ростком с опенок.
Места в стае нет таким!
Разве ж это птица?
Брось яйцо, не стоит с ним
День и ночь возиться!"
"Нет, - ворона говорит, -
Я его не брошу,
Птенчик мой внутри сидит
Милый и хороший.
Скоро вылупится он,
Ваших перегонит.
Ну, а кто считал ворон,
Счастье проворонит!"
Вот и кончилась весна,
Наступило лето.
Все сидит, сидит она,
А птенца все нету.
У других уже ворон
Оперились детки,
Каркают со всех сторон
И качают ветки.
Учат мамы их ловить
Червячков да мышек,
Ведь не вечно же кормить
Выросших детишек.
Наконец, пришла пора
Собираться в стаю -
Дуют с севера ветра,
Листья опадают.
А бедняжка все сидит
На верхушке клена.
"Завтра стая улетит, -
Ей кричат вороны. -
Осень уж! В конце концов,
Полетели с нами!
Это вовсе не яйцо,
А холодный камень!"
Но она им говорит:
"Я его не брошу.
Птенчик мой внутри сидит
Милый и хороший.
Лучше в целом мире нет,
Это точно знаю!"
Только занялся рассвет,
Улетела стая.
Шли дожди, а после снег
Шубой лес укутал.
И, одетый в белый мех,
Заяц след свой путал.
Волки выли под луной,
Спал медведь в берлоге,
Злой охотник под сосной
У костра грел ноги.
Но ворона день и ночь
На гнезде сидела.
Улететь могла бы прочь,
Но не улетела!
Наконец, пришла весна
Белый снег растаял.
Лес очнулся ото сна,
Возвратилась стая.
Стали за гнездом гнездо
Вить ее соседки:
"Эй, ворона, ты-то что?
Где твои-то детки?
Стала старой ты совсем,
С головою плохо.
Чтобы не было проблем,
Брось яйцо, дуреха!"
Но ворона говорит:
"Я его не брошу
Птенчик мой внутри сидит
Милый и хороший".
Вскоре в стае на нее
Все крылом махнули.
Пусть сидит себе и ждет,
Раз глупее гули.
Вдруг яичко начало
Больше становиться
Да так сильно подросло,
Что стал клен клониться.
И к нему со всех сторон
Собрались вороны:
"Да в яйце сидит дракон!
Целых три дракона!
Брось его и улетай
От греха подальше!
Ну, давай, давай, взлетай!
Ну, лети! Давай же!"
Но ворона говорит:
"Я его не брошу.
Птенчик мой внутри сидит
Милый и хороший!"
Тут раздался страшный гром -
Содрогнулись горы.
Из яйца размером с дом
Вылупился ворон.
Как взмахнул крылом одним,
Дуб упал могучий,
А взмахнул крылом другим,
Разлетелись тучи.
А взлетел, так путь ему
Уступил сам ветер -
Среди дня посеял тьму
Он на белом свете.
И признал его царем
Весь народ вороний,
Ведь родился сразу он
В золотой короне.
Поклонился до земли
Матушке родимой:
"Беды в прошлое ушли!
Я - твой сын любимый.
Посажу тебя на трон
Назову царицей,
Будешь ты среди ворон
Самой главной птицей!"

© Автор. Олеся Емельянова.

Я имею в виду, что мужскими шовинистами не рождаются, ими становятся, вернее, женщины сами делают нас шовинистами. Сами.
Торговали — веселились, подсчитали — прослезились.
Камю сказал, что жизнь — это череда выборов. Делайте выбор с умом, и судьба улыбнется вам. Но если выбор неудачный, никогда не знаешь, какую цену придется заплатить.
Многим из тех, что опередили своё время, пришлось дожидаться его не в самых комфортабельных помещениях.
Неумение верно себя оценивать — вот что может тебе повредить в будущем.
Неясность слова есть неизменный признак неясности мысли.
— Это и не нужно. У вас двоих какое-то странное силовое поле влияния друг на друга. Физикам следовало бы изучить его.
Истинный мудрец не мог бы надеяться узнать избранника прежде, чем пробьет назначенный час.
Его рукопожатие наглядно показало мне, что его излюбленной забавой было душить питонов по понедельникам.
Даже если Блер не отвечает тебе взаимностью, может быть, стоит сказать ей, что ты чувствуешь? Хотя бы ради того, чтобы жить дальше.
Сердце разбивается, когда, чрезмерно расширившись под теплым дуновением надежды, оно вдруг сжимается от холода реальности!
Как мало нужно, чтобы взволновать сердце мужчины, стареющего мужчины, у которого воспоминания переходят в сожаления!
Мы подобны кораблям с пылающими парусами, которые плывут неизвестно куда. В какой-то миг мы исчезнем, и после нас останутся только наши поступки.
Если ты сделал добро — скрой; если тебе сделали добро — расскажи
Смешная штука жизнь: если ты отказываешься от всего, кроме самого лучшего, то обычно добиваешься того, к чему стремишься.